Опрос

Какие рубрики вам наиболее интересны?

View Results

Loading ... Loading ...

Наши партнеры

  • .

Последние комментарии

Метеорология пиявки

Опубликовал Сергей 7 июля 2011 в рубрике Наука.

ПиявкиВ 1850 г. два человека полагали, что они держат в своих руках будущее науки прогнозирования погоды. Один из них, морской капитан в отставке. Его именем был назван барометр, предсказывавший погоду в миллионах домов по всей Великобритании. Сегодня его считают основоположником современной метеорологии, а несколько лет назад его имя было увековечено в названии области посреди Атлантики. Второй из этих исследователей, соперничавших за почетное право защищать британских моряков от бурь на море, был медик — доктор из небольшого города Уитби, что находится в графстве Йоркшир и живет китобойным промыслом. Этот экспериментатор придумал, как использовать уникальную атмосферную чувствительность пиявок для предсказывания грозы. Его сооружение, демонстрировавшее возможности мелких существ, внешне, по признанию многих, было похоже на индийский храм. Ученый был убежден, что изобретение покорит мир, а пиявки так же успешно завоюют метеорологию, как и медицину.

Английский исследователь Джордж Мерриуэзер увлекался экспериментами с популярными в медицинской науке XIX в. пиявками. Врач по профессии, он посвятил свою жизнь заботам о здоровье людей, населявших небольшой город Уитби, что расположен на северном побережье графства Йоркшир. Ему самому доводилось прибегать к использованию пиявок столь же часто, как в наше время доктора обращаются к помощи антибиотиков. Мерриуэзер, помимо прочего, был наблюдательным и хорошо образованным человеком. В свое время он прочитал стихотворение, написанное известным медиком тех лет, изобретателем вакцины против оспы Эдуардом Дженнером, в котором тот давал следующее описание приближения грозы: «Пиявка растревожена, Недавно поплыла на самый верх темницы, Той самой, где жила». Мерриуэзер, заинтригованный подобным наблюдением, начал присматриваться к тому, как вели себя пиявки в его собственном врачебном кабинете. Они становились весьма активны незадолго до того, как на Уитби налетали штормовые грозы. Исследователь писал в своем журнале: «Обычна» медицинская пиявка является особенно чувствительной к состоянию атмосферы перед наступлением электрических бурь». Будучи человеком, настроенным практически, Мерриузер решил использовать свое наблюдение. Он построил аппарат, названный им «атмосферный электромагнитный телеграф, управляемый животным инстинктом», который приобрел большую известность в прогнозировании бурь. Впервые вниманию публики аппарат был представлен автором в феврале 1851 г. на заседании Философского общества Уитби.

Аппарат своим внешним видом более всего походил на миниатюрный индийский храм и, как было заявлено, «предназначался для любой гостиной». Высота его составляла около метра, и он объединял двенадцать стеклянных бутылок, объемом 0,6 л. в каждую из которых было помещено немного дождевой воды и пиявка. Бутылки располагались по кругу так, чтобы пиявки «могли видеть друг друга и не подвергаться дискомфорту одиночного заключения».

Однако, как бы ни были заняты пиявки личной и социальной жизнью. каждый раз, когда воздух приобретал электрический заряд, они неизменно старались забраться на самый верх бутылки и залезть в узкую медную трубку, которой та была увенчана. Когда подобное действие успешно совершали большее число пиявок, приходил в движение молоточек из китового уса, который был прикреплен цепочкой к расположенному в центре аппарата колокольчику. Чем больше пиявок «звонило» таким образом, в колокольчик, тем большей была вероятность приближения шторма.

На протяжении всего 1850 г. каждый раз, когда раздавался звон колокольчика, Мерриуэзер срочно отправлял послание с предсказанием шторма президенту Философского общества, и информация эта, по-видимому, была весьма точной. Только убедившись в этом, изобретатель представил свое детище широкой публике — повез «аппарат-прогнозист» на «Великую выставку», проходившую в Лондоне в 1851 г.

Еженедельник Weekly Dispatch писал: «Изобретатель утверждает, что его аппарат в любое время отслеживает процессы, происходящие в высоких слоях атмосферы, и предсказывает с безошибочной точностью за сотни миль любой, готовый разразиться, шторм». Морское страховое объединение «Ллойд» в Лондоне провело эксперименты с «прогнозистом», и аппарат, по свидетельству Weekly Dispatch, «показал себя абсолютно точным».

Однако не обошлось и без скептиков. И все потому, что изобретение Мерриуэзера дало толчок для подъема целой волны крупного помешательства XIX в. на создании всевозможных причудливых инструментов. в которых были задействованы живые существа. Как пример можно привести одно из наиболее разрекламированных «изобретений», мистификацию, известную под названием «змеиный телеграф». В нем змеиные пары выращивались вместе, так что между ними «развивалась телепатическая связь». Каждую из пар дрессировали на восприятие одной из букв алфавита, и затеи змей разлучали. Когда одной из змей давали электрошок, скажем, в Париже, то другая из »той пары в Нью-Йорке, как утверждалось, приходила в возбужденное состояние. Таким способом предполагалось осуществлять телеграфирование.

Аппарат Мерриуэзера, в отличие от описанного, работал. И то, что тут же нашлись критики, подвергавшие сомнению приоритет его изобретателя, там самым только подтверждали работоспособность аппарата. Так в том же 1851 г. журнал Chambers' Journal свысока замечал: «То, что пиявки чувствительны к бурям, хорошо известно. Поэт Коупер дает описание пиявки, которую он держал в качестве барометра, в письме, написанном к леди Хескет в 1787 г.».

Несмотря на все это, Мерриуэзер сохранял уверенность. Он поведал философскому обществу о своих надеждах, говоря, что «наши крошечные храмы из Уитби распространятся по всему миру». Он поехал по стране с лекциями, чтобы убедить британское правительство установить упрощенные версии аппарата в морских портах по всему побережью. И время, казалось, этому способствовало. Предсказание бурь было более чем востребовано после шторма в Черном море в Балаклаве в 1854 г., в котором во время Крымской войны потерпел крушение британский морской экспедиционный корпус.

Но Мерриувзер был не единственным, кто занимался проблемой прогнозирования штормов. Не менее активна, взялся за предсказывание погоды и бывший морской капитан, губернатор Новой Зеландии Роберт Фицрой, который после трагедии в Балаклаве был назначен первым должностным лицом в Министерстве торговли по вопросам метеорологии. Фицрой стал первым, кто ввел составление текущих синоптических карт, используя телеграфную связь, а также тем, кто убедил The Times публиковать их на своих страницах. Он с энтузиазмом оказывал поддержку введению в обиход ртутных барометров, так же как и «штормовых стаканов». Эти стаканы были наполнены смесью камфары, аммиака, алкоголя, Шлиевой селитры и воды, и все эта в совокупности реагировало на изменения давления и электрического заряда в атмосфере — когда возникала опасность приближения шторма, в мутной жидкости образовывались небольшие кристаллы.

Шторм

История не сохранил» информации, встречались ли когда-нибудь Мерриуэзер и Фицрой. Но несомненно то, что Фицрой не раз отклонял инициативу Мерриуэзера установить бутылки с пиявками по берегам Британии. Вместо этого он убедил Министерство торговли утвердить систему барометров и штормовых стаканов в морских портах и прибрежных деревнях.

Постепенно активность Мерриуэзера сошла на нет. Его «миниатюрные храмы» исчезли, но их копия была сооружена веком позже для фестиваля Британии, проводившегося в 1951 г. Сегодня она находится в Музее города Уитби, но никогда не заполняется пиявками. В наше время, спустя еще более полувека, историк метеорологии Филипп Коллинз из Музея барометров, расположенного в Оукхемптене, построил работающую модель «прогнозиста» — теперь уже с пиявками. Она прекрасно работает, как утверждает Коллинз. И на ее примере удалось объяснить странность, которая присутствует в аппарате, — ответить на вопрос, почему для каждой пиявки выделена отдельная бутылка. «Во время нашего исследования мы заметили, что у пиявок порядок продвижения рассчитан на лидерство, — говорит Коллинз. — Когда они были вместе помещены в одну емкость, то до ее верха добиралась только одна — первая из пиявок. Именно поэтому Мерриуэзер, которых хорошо знал новации пиявок, выделил каждой од них ее собственную территорию».

Так чем же окончилась история двух новаторов в метеорологии викторианских времен? Фицрой сегодня провозглашен родоначальником современной науки метеорологии. Но в свое время его повсеместно критиковали как в парламенте, гак и в прессе за неудачные прогнозы. И давление на него было столь сильно, что однажды утром весной 1865 г. он покончил жизнь самоубийством.

Мерриуэзер же завершил свои дни у себя дома в возрасте 77 лет, явно удовлетворенный своим вкладом в науку и мировой прогресс. Кстати, среди его экспериментов в области инноваций значилось создание лампы, которая могла, не переставая, гореть на протяжении двух недель на смеси виски и чистого алкоголя.

Читайте также:

Химия растворов-большой энергетике.
РЕАКТИВНАЯ МЕТАЛЛИЗАЦИЯ.
Рабочий пульс рукотворной звезды.
Азбука вкуса.


Написать комментарий

RSS

rss Подпишитесь на RSS для получения обновлений.